понедельник, 7 апреля 2014 г.

Girl, interrupted

"Безумие проявляется в двух основных вариантах: как медленное и как скорое.

Здесь не имеется в виду ни неожиданность вспышки болезни, ни период ее продолжительности. Я имею в виду исключительно чистое качество безумия, самое обыкновенное, будничное измерение пребывания сумасшедшим.
Для этого имеется масса наименований: депрессия, мания, кататония, раздраженность, страх, беспокойство. Только все они говорят мало чего.
Доминирующим качеством медленного варианта является липкость.
Весь твой предшествующий опыт набухает. Восприятие напухшее и отупелое. Время течет никуда не спеша, медленно, по каплям истекая через забитый фильтр набухшего восприятия. Температура тела понижена. Пульс заторможенный. Иммунная система полусонная. Во всем организме нет ни искорки жизни. Безусловные рефлексы ослаблены; если ударить молоточком по коленной чашечке, то ноге совершенно не хочется двигаться с места.
Липкость проявляется даже на клеточном уровне. Точно так же, как и скорость.
В отличие от липкой спячки в клетках, скорость дает каждому тромбоциту и каждому мышечному волоконцу собственный разум, средства, служащие для получения знаний и комментирования собственного поведения. Восприятие ужасно огромное, а помимо чрезмерности восприятия имеются и лишние мысли о чрезмерности восприятия и о факте самого обладания ею. Пищеварение может тебя убить. Я имею в виду то, что постоянное размышление о происходящем пищеварительном процессе может лишить тебя всех остальных мыслей и в буквальной степени привести к смерти. А ведь пищеварение – это всего лишь бессознательный, невольный придаток к мышлению, так что истинной проблемой теперь становится само мышление.
Возьмем мысль, любую, не имеет ни малейшего значения какую. Мне надоело торчать перед дежуркой медсестер – вот, пожалуйста, совершенно разумная мысль. Но вот что делает с подобной мыслью скорость.
Прежде всего, следует предложение разложить на составляющие: «Мне надоело» – хмм, правда надоело? То есть, вызывает сонливость? В связи с этим проверяешь на симптомы сонливости каждый фрагмент тела, и в тот момент, когда это делаешь, начинается бомбардировка различными картинами засыпания: голова опадает на подушку, голова камнем падает на подушку, глаза сонно щурятся, глаза склеиваются, голова падает на грудь, Малыш Немо протирает глаза ото сна, морское чудище, ойойой, морское чудище; если тебе повезет, чудище может тебя не заметить, и тогда можно будет дремать далее. Снова глубоко зарыться в подушку; воспоминания о том, как в пять лет болела свинкой – втиснутые в подушку набрякшие щеки и боль при глотании. Все, хватит. Возвращайся ко сну. ...
Все это заняло неполную минуту, а ведь нужно еще проанализировать остальную часть предложения. Ну а на самом же деле ты всего лишь хотела решить: вставать тебе или нет.
Скорость и липкость являются противоположностями, однако, может показаться, будто это качества одного порядка. Липкость вызывает неподвижность и отвращение, а скорость – неподвижность и увлеченность. Посторонний наблюдатель не может утверждать: если некто сидит молча и неподвижно, то причиной этому застывшая внутренняя жизнь или же наоборот, эта внутренняя жизнь настолько жива, чтобы сделать тебя недвижной.
Общим для обоих этих качеств является приход мыслей. Насколько мне кажется, сам опыт записан заранее и отформатирован по стилю. Отдельные мыслительные шаблоны накладываются на отдельные шаблоны поведения и поступков, посему, прежде чем сориентируешься, уже невозможно предпринять эти действия без того, чтобы не затронуть лавины продуманных заранее мыслей.
Летаргическая лавина синтетических мыслей может валиться несколько дней. Часть немого паралича липкости берется из знакомства любой подробности всего того, что ждет тебя впереди, и от принуждения ожидания всего этого. Вот приближается мысль: «Я ни на что не гожусь». И такая мысль занимает наш ум на весь оставшийся день. «Я ни на что не гожусь» – систематично капает до наступления ночи. Последующая мысль следующего дня: «Я ангел смерти». Эта мысль тянет за собой блестящее поле паники, которое, однако, остается недостижимым. Липкость гасит кипение и муссирование этой паники.
Собственного значения все эти мысли не имеют. Это всего лишь идиотские мантры, функционирующие в заранее установленном цикле. «Я ни на то не гожусь», «Я ангел смерти», «Я просто дура», «Я ничего не могу сделать». Как только в голову приходит первая мысль, она тут же тянет за собой и все остальные. Это как с гриппом: сначала першит в горле, а затем – что неизбежно – у тебя сопли из носа и кашель.
Когда-то эти мысли наверняка что-то значили. И наверняка значили то, о чем сами говорили, только теперь они притупились от постоянного возвращения. Они сделались всего лишь аккомпанементом, музыкальным попурри ненавидящих друг друга тем.
Так все-таки, что же хуже: перезарядка или недозарядка? К счастью, мне никогда не приходилось делать такого выбора. Ни то, ни другое нельзя поводить за нос, оно само промчится или проползет через меня и направится дальше.
Куда дальше? Назад в мои клетки, чтобы притаиться там и ожидать новой оказии, словно болезнетворный вирус? Далеко в эфиры, чтобы дождаться благоприятствующего обстоятельства и вновь выскочить на свет божий? Эндогенная или экзогенная, родившаяся по природе или из воспитания – это великая тайна психической болезни."


Сюзанна Кейл, "Прерванная жизнь".


3 комментария:

  1. Анонимный28 мая 2014 г., 14:29

    эх. скучаю по вашим постам :сссс

    ОтветитьУдалить
  2. подписываюсь. Милушенька,пожалуйста бывайте чаще и радуйте нас новыми постами.

    ОтветитьУдалить